Архив материалов  

Powered by mod LCA
   

Карта посетителей  

   
Яндекс.Метрика
   

Kuzmenko 26 08 1941

 Кузьменко Михаил Никифорович

(из воспоминаний внучки - Баранкевич Инны Анатольевны,
преподавателя МБУ ДО ДШИ «Овация»)

 «Главное — чтобы не было войны!»

С детства помню, как в нашей семье отмечали День Победы. За празднично-поминальным столом моя бабушка, никогда не любившая говорить тосты, поднимая маленькую рюмочку с вином, всегда произносила один и тот же тост: «Главное — чтобы не было войны!». И на глазах моей бабушки наворачивались слёзы от не проходящей душевной боли - боли наших вдов, судьбу которых опалила война.

О своем дедушке Михаиле Никифоровиче Кузьменко, погибшем в годы Великой Отечественной войны, слышала я с детства от бабушки Евфросинии Трофимовны, скромной тихой труженицы, близкого мне человека, который вырастил меня и оказал большое влияние на формирование моих человеческих качеств. Бабушка была не многословным человеком, все свои переживания она держала в себе, поэтому большую часть сведений о событиях военной поры, связанных с нашей семьей, я получила от своей мамы, Антонины Михайловны. Она, в свою очередь, узнала о жизни во время войны от родственников, так как была в это время маленьким ребенком...

Как и многих мужчин, дедушку Михаила призвали на военную службу летом 1941 года. В центре хутора Малый Бейсуг у сельского совета провожали своих кормильцев семьи, встревоженные страшной бедой. Михаил обнял и крепко расцеловал молодую жену и двух сыновей Владимира и Николая. Прижал к сердцу свою годовалую дочку Тонечку. Он так и не успел насладиться счастьем отцовства долгожданной девочки. Маленькая дочь крепко вцепилась в отца, и когда ее попытались забрать, она громко закричала, сопротивляясь, как будто чувствовала, что это навсегда…

Военную подготовку Михаил проходил в г. Лабинске. В августе 1941 года, перед отправкой на фронт, он послал жене письмо, в котором попросил ее приехать с детьми, чтобы попрощаться. Что Евфросиния и сделала. Затем, во время военных действий, Михаил получил ранение в легкое, лежал в госпитале Краснодара. После выписки из госпиталя, его направили в Ростовскую область…  Когда почтальон принес и вручил конверт, в котором лежал обжигающий пальцы листок, извещающий о том, что Михаил Никифорович Кузьменко «ПРОПАЛ БЕЗ ВЕСТИ», Евфросиния слегла от горя. Она оцепенела, неделю ничего не видела, не слышала. Иногда, вдруг как будто приходила в себя и «голосила», рыдала, «выла». Соседка присматривала за детьми и за убитой горем женщиной...

Kuzmenko 1Kuzmenko 1Kuzmenko 1

В суровые годы войны все тяготы крестьянской колхозной жизни легли на плечи женщин. В станицах и хуторах было немало многодетных матерей, которым должны были и в колхозе работать, и домашнее хозяйство вести так, чтобы дети не умерли от голода. Женщин, стариков и подростков организовано возили рыть окопы в близлежащих местностях, под Тимашевском. Нередкими были случаи, когда во время работ под бомбежкой погибали матери, и их дети оставались сиротами.

Особое отношение в крестьянской семье было к корове-кормилице. В военные годы она спасала от голода. Моя бабушка вставала утром очень рано, доила корову. Первое молоко отдавала поселившимся у нее в доме беженцам из Ленинграда, и лишь затем поила собственных детей.

Очень трудно пришлось во время войны русским женщинам на Кубани. Но и в первые послевоенные годы жизнь у них так и не стала легкой. Все семьи ждали домой своих мужчин, и даже те, которые получили похоронку, в душе надеялись: «А вдруг выжил...». И в семье Кузьменко после окончания войны каждый день ожидали Михаила. Евфросиния с другими женщинами хутора два—три раза в неделю ходила на железнодорожную станцию в ст. Приазовскую, расположенную в трёх километрах от хутора, где в пять часов утра останавливался поезд. Шла с надеждой, что именно этот поезд привезет её долгожданного мужа.

С войны в хутор вернулся только один мужчина, и тот инвалид, потерявший ногу. Превратился хутор в бабье вдовье «царство». Бывало, женщины договорятся, соберутся в свободное от работы время в чьей-нибудь хате, накроют скромный стол - принесут, кто что может (картошку, капусту) и, за бабьими разговорами, всегда начинают вспоминать своих мужей, братьев, запевают душевно грустные песни и плачут...

Дети, ставшие во время войны не по годам взрослыми и самостоятельными, каждый день с надеждой ждали своего батьку. Не раз Евфросиния спрашивала у сыновей своих: «Вот зайдет ваш отец в хату. Узнаете его?». И дети наперебой возбужденно отвечали: «Да, я узнаю батю!». Даже пятилетняя Тоня не отставала от братьев: «И я узнаю!». Дети, верящие в чудеса, ждали, что вот-вот откроется дверь, и к ним вернётся их родной, самый лучший, героический батя...

Шли годы, дети военной поры повзрослели. Трудно им было без отцов «становиться на ноги». Повезло тем семьям, где неоценимую помощь в пропитании и воспитании детей оказывали дедушки и бабушки. Хорошо, что родители Евфросинии - Трофим Андреевич и Варвара Артёмовна Михайленко жили неподалёку и всем, чем могли, помогали одинокой дочери и любимым внукам.

Сыновья Евфросинии один за другим уехали в город учиться, за тем ушли служить в армию. И после службы жить в колхоз уже не вернулись. Дочь Антонина, закончив десятилетку, так же уехала из хутора, работала, училась... У всех детей появились свои семьи. Евфросиния, проводив детей, осталась одна. Так, за эти годы, замуж она и не решилась выйти, в душе теплилась еще надежда. Женщина она была красивая, хорошая хозяйка и, не смотря на послевоенный дефицит мужчин, к ней не раз сватались, но безуспешно. Детям своим она говорила: «Боюсь, вдруг не родной батька вас может обидеть»...

В 1950-х годах вернулся в хутор односельчанин Пётр Шкуро, отсидевший в советских лагерях после войны за то, что был военнопленным и не погиб в лагерях Германии. Пётр вдруг захотел встретиться с Евфросинией и, как сокровенную тайну, поведал ей о судьбе её мужа... В июле 1942 года под Ростовом-на-Дону попали в окружение и были взяты в плен немцами советские солдаты. Среди пленных были Пётр и Михаил, ещё не оправившийся после ранения. Солдат поездом вывезли в Европу. Он помнил, что работали во Франции. Затем их повезли в Германию, находились в районе г. Гамбурга. Вспоминал лагерь военнопленных и работу в шахте. О Михаиле он поведал, что в 1944 году он скончался в лагере от тяжелой болезни...

Евфросиния замкнулась, сообщать об этих новостях никому не стала, знала, как трудно придется её детям, если у них будет клеймо «дети врага народа». Она рассказала детям о разговоре с Петром много лет спустя. Владимир и Антонина, узнав об этой новости, поехали в хутор и встретились с Петром. Он мало что им рассказал, все эти годы старался не вспоминать ужасы плена и лагерей, как будто забыл многое. Но, некоторое время спустя, прислал Евфросинии, уже живущей в городе, письмо, в котором написал, что кое-что вспомнил и привел некоторые подробности о лагере и гибели Михаила...

Kuzmenko 1Kuzmenko 1

Среди моих родственников много людей, получивших известия с войны о мужьях, сыновьях, братьях - «без вести пропал». Мой дедушка по отцу - Андрей Ананьевич Баранкевич, братья моей бабушки Пантелей и Василий Михайленко «пропали без вести». Их могилы не найдены. Родственники посылали запросы в соответствующие инстанции, чтобы найти хотя бы какую-нибудь зацепку, но всё было безрезультатно.

И наконец, в мае 2016 года, поиски на сайте «Мемориал» привели нас к долгожданным известиям. Документальные свидетельства из архивов лагерей военнопленных в Германии стали доступны для российских граждан. Мы увидели личную карточку Михаила Кузьменко с фотографией и узнали, что погиб он 20.09.1944 г. и захоронен на кладбище для военнопленных в г. Дуйсберге.

Моя мама - дочь Михаила, была очень взволнована от таких новостей. Сообщила брату Николаю. К сожалению, старший брат Владимир не дожил до этих известий. Бабушки Евфросинии тоже давно уже нет в живых. Но внуки дедушки Михаила и племянники были рады, что, наконец нашлись документы. В мае 2017 года мы через интернет на форуме получили фото- и видео-репортаж с места захоронения дедушки от русскоязычного гражданина Германии Амида Алимурадова. Он, как волонтёр, задался целью разыскать кладбище, где находится могила Михаила Кузьменко, и нашел захоронение в день 110-летия моего дедушки. Мы безмерно благодарны этому прекрасному человеку. В конце своего послания Амид написал: «Теперь вашей маме будет спокойнее на душе! Как хорошо... Всего вам хорошего».

Мама с 1916 года мечтает поехать на могилу отца. Поездка в г. Дуйсберг откладывалась по причине её проблем со здоровьем. В 2019 году 7 мая внучка дедушки Михаила Наталья Николаевна с мужем Геннадием целенаправленно побывали в Германии в г. Дуйсберге, посетили кладбище военнопленных и могилу дедушки. Наша семья и все племянники дедушки были очень этому рады. Мы с мамой также планируем в ближайшем будущем побывать в Германии, посетить его могилу и поклониться всем нашим согражданам, погибшим в плену.

Сколько себя помню, на День Победы мама нас с братом всегда водила к Вечному огню — чтобы мы помнили о погибших за нас героях войны и могли поклониться им. Затем семьёй мы шли к нашим родственникам ветеранам войны Николаю Ивановичу и Матрёне Диомидовне Чуйковым, поздравляли их с праздником Победы. Сегодня их уже нет рядом с нами, но мы помним всегда о них, поминаем их в церкви и, особенно, в День Победы.

С 9 мая 2015 года нашей семейной традицией стало в День Победы принимать участие во всенародном шествии «Бессмертный полк».
И сейчас, ежегодно, 9 мая в День Победы, как и много лет назад, мы, собираясь семьёй за столом, вспоминаем всех погибших героев войны, родственников и ушедших ветеранов. И, со слезами на глазах, обязательно произносим тост, доставшийся нам по наследству от бабушки: «Главное — чтобы не было войны!».

Kuzmenko 1Kuzmenko 1

 

   

Поиск по сайту  

   

МБУ ДО ДШИ Овация
логотип

 овации

   

Screenshot 2

   

К 75-летию Победы 
Проект памяти «Бессмертный батальон»

draw-proekt

   

Наши проекты  

   

ЛЕТНЯЯ
АКАДЕМИЯ КУЛЬТУРЫ

Acad-kult-2016-modul

   

Пользовательское соглашение

   
© ДШИ Овация г.Краснодар